[Блог Мужчины, который пишет ]
Главная » 2019 » Сентябрь » 12 » Ирина Роднина. Сотворившая себя
13:22
Ирина Роднина. Сотворившая себя

Родина Ирина Константиновна

12 сентября 2019-го у Ирины Родниной юбилей. Шеф-редактор спортивной редакции РИА Новости Денис Косинов рассказывает о пути, которым шла женщина, как никакая другая повлиявшая на умы и души жителей России ХХ века.

(По ссылке на Р-Спорт — статья Дениса Косинова, снабженный видео и богато проиллюстрированный фото. Здесь этот текст републикован без них. — примеч. BLOGMKP.RU)

Кумир России

Для справки, на всякий случай. Ирина Роднина родилась и выросла в Москве. Начала заниматься фигурным катанием как одиночница, затем перешла в парное катание. Попала в группу легендарного тренера Станислава Жука. Вместе с первым партнером Алексеем Улановым стала чемпионкой Игр 1972 года. В том же году сменила партнера. С Александром Зайцевым продолжила побеждать, выиграв Олимпиады 1976-го и 1980-го годов. В итоге у Родниной три золотые олимпийские медали и десять титулов чемпионки мира.

В 1974-м Роднина и Зайцев ушли от Жука к Татьяне Тарасовой. В 1975-м Ирина и Александр поженились, через десять лет развелись. Во второй раз Роднина вышла замуж за бизнесмена Леонида Миньковского, этот брак тоже распался. От каждого из мужей фигуристка родила ребенка. (От первого — сына Александра, от второго — дочь Алену. — примеч. BLOGMKP.RU) Спортивную карьеру завершила в 1980-м, некоторое время работала в ЦК ВЛКСМ, затем ушла в тренеры. В 1990-м уехала в США работать тренером в Центре фигурного катания, подготовила чешскую пару Коваржикова-Новотный, выигравшую чемпионат мира. В 2002-м вернулась в Россию. Сейчас является членом Генерального совета «Единой России», депутатом Госдумы, заместителем председателя Комитета Государственной Думы РФ по международным делам, членом Комиссии ГД РФ по вопросам депутатской этики.

В 2010 году по результатам опроса ВЦИОМ вошла в десятку «кумиров России ХХ века». Первый в этом списке космонавт Юрий Гагарин, второй — бард и актер Владимир Высоцкий, третий — маршал Георгий Жуков. Еще в десятке «вождь мирового пролетариата» Владимир Ленин, «отец народов» Иосиф Сталин, писатели Лев Толстой и Михаил Булгаков. Сразу за ними — Ирина Роднина. Выше всех спортсменов, включая Льва Яшина. Выше балерины Майи Плисецкой, писателя Антона Чехова, композитора Дмитрия Шостаковича.

Респонденты не оценивали деятельность кумиров, не определяли, кто из них положительный герой, а кто отрицательный. Опрос выявлял только одно — влияние личности на нацию. Одной личности на всю нацию. Вот, кто такая Ирина Роднина для России. Главный спортивный кумир нации.

Слеза чемпионки

Вспомните самый трогательный момент во всей олимпийской истории. Во всяком случае, самый пронзительный момент для российских и, особенно, для советских болельщиков. Вспомнили? Ну, конечно. Слеза, скатившаяся по щеке Родниной, когда она стояла на пьедестале почета Игр 1980 года в Лейк-Плэсиде, а в зале звучал советский гимн в честь ее третьей олимпийской победы. Кстати, не эта ли щемящая картина через полгода навела постановщиков церемонии закрытия летней Олимпиады 1980-го в Москве на мысль о том, чтобы по щеке Мишки пробежала слеза? Это ведь тоже очень памятный эпизод...

Между прочим, Ирина Константиновна плакала на пьедестале вовсе не от счастья, что снова победила. Но об этом позже. А пока — еще об одной церемонии. Перед открытием всякой Олимпиады главная интрига — кто будет зажигать огонь Игр? Это держится в сугубой тайне, а журналисты пытаются вычислить, кому выпадет такая честь.

Тут ведь как? Это должен быть:

Легендарный чемпион.
Атлет, известный во всем мире.
Человек с незапятнанной репутацией.

Наконец, и это самое важное, истинный символ национального спорта. Такой, как боксер Мохаммед Али в Америке, хоккеист Уэйн Гретцки в Канаде, гимнаст Ли Нин в Китае или бегунья Кэти Фриман в Австралии.

И хотя у России был богатый выбор легендарных и почитаемых зимних олимпийцев, никто не удивился, когда огонь сочинских Игр зажгли трехкратные олимпийские чемпионы Владислав Третьяк и Ирина Роднина.

И дело не в количестве медалей. Конькобежка Лидия Скобликова или лыжник Николай Зимятов выиграли больше. Просто и Третьяк, и Роднина всегда олицетворяли эпоху. Особенно — Ирина Константиновна. Эпохи менялись, а Роднина продолжала их олицетворять! Советский Союз на пике могущества — Роднина являет собой ярчайший пример силы и красоты советского спорта. СССР рушится — Роднина чуть ли не первой уезжает работать в Америку, потому что ее первой туда зовут! Запад еще сомневается в том, что советские специалисты могут быть полезны, но уверен, что уж Роднина точно пригодится. Россия крепнет — Ирина Константиновна возвращается, потому что не помышляла оставаться за границей навечно, и приходится очень даже ко двору.

И всегда Роднина была образцом служения высокой цели и неукоснительной дисциплины. Раньше — член ЦК ВЛКСМ, сейчас — член Генерального Совета «Единой России», депутат Госдумы. Как говорили в советские годы, «партия сказала — надо, комсомол ответил — есть!» Найдите запись церемонии открытия Игр в Сочи и посмотрите, сколько пробежали с факелом Роднина и Третьяк. Ведь не юнцы, да и здоровья большой спорт не прибавляет. Но им сказали, что надо столько-то пробежать, и они пробежали. Потому что надо.

Но так ли уж похож на живого человека этот лубочный образ? Трехкратная олимпийская и десятикратная мировая чемпионка. Звезда, востребованная в России и Америке, в спорте и политике. Ну, прямо, по легендарной цитате: «спортсменка, комсомолка, да просто красавица!» И ведь не поспоришь. Действительно, и спортсменка, и комсомолка, и красавица. Но это не Роднина. Это лишь тот самый лубок, написанный с яркой, сильной и вместе с тем ранимой, битой жизнью женщины. И умеющей бить в ответ. А то и бить первой.

Однажды Роднина в интервью Елене Вайцеховской сказала собеседнице, тоже, между прочим, олимпийской чемпионке: «Покопайся в любой газетной подшивке и увидишь, что, как только я начала выступать и выигрывать, меня сразу же окрестили боевым товарищем, ледовым кем-то там еще. На всех обследованиях у меня всегда были самые плохие показатели. И везде внизу приписывали: "Выигрывает только за счет воли и характера". При этом никому в голову не приходило, что у меня просто талант такой — соревноваться».

За свою жизнь Ирина Константиновна дала тысячи интервью. Накануне юбилея их число еще возросло. Но нигде Роднина не объясняет, что же это за талант такой — соревноваться. Видимо, это сложно сформулировать с научной ясностью. И все же отчасти ответ на этот вопрос содержится в интервью, которое великая фигуристка несколько лет назад взяла у самой себя. Речь об автобиографической книге под названием «Слеза чемпионки».

Наверное, эта самая искренняя, или, как говорил Станислав Ежи Лец, «непричесанная» автобиография из всех, когда-либо вышедших в свет. В сущности, это запись очень долгого монолога. И кажется, что если у этой записи и была некая литературная обработка, то самая незначительная. Неожиданные хронологические скачки, ничем не смягченная резкость суждений о людях, даже довольно жесткая лексика — остались такими же, какие всегда были присущи Родниной. Прочтите, это интересная книга.

Она и об уходе от маститого тренера Станислава Жука к начинающему тренеру Татьяне Тарасовой, и об отношениях с обоими партнерами по работе на льду, и о разрыве с обоими мужьями, и о конфликтах с руководством федерации фигурного катания. О ярых недругах и верных друзьях, о жизни на родине и за границей, о родителях и детях, о травмах и болезнях, о медалях и деньгах, о спорте и о политике. Конечно, это субъективный взгляд автора на героиню, ведь это одна и та же женщина. Но кто из нас способен относиться к себе совершено беспристрастно?

Впрочем, в любом случае сейчас не будет пересказа книги. И не будет очередного изложения биографии Ирины Родниной, разве что совсем уж галопом. Вопрос к книге один — что такое «талант соревноваться», то есть, будем говорить прямо, «талант побеждать»? Кем надо быть, как надо жить, что говорить и что делать? И как нужно видеть себя и весь окружающий мир, чтобы стать великой чемпионкой? Вот ответ.

Главная спортсменка

Книга была написана уже много лет спустя после окончания карьеры. И в ней много сожалений о том, чего уже не исправить. Например, в отношении к людям, окружавшим спортсменку Роднину.

«Был потрясающий человек, пожилой, с благородной сединой. Он знал секрет, как надо шить ботинки. За полгода он отбирал хорошую кожу и по колодкам ее натягивал. Каждый раз, перед тем как шить, он измерял, что в стопе поменялось, ноги же у нас деформировались. Для меня обычные ботинки были слишком высокими. Он мне специально сделал ботинки на четырех крючках, хотя у всех пять. Через руки этого мастера прошла вся сборная Советского Союза. А как звали его, не помню».

Ну, ладно, мастер-обувщик. При всем уважении — человек не близкий. Важный, очень нужный, но технический персонал. Но ведь и родители как-то отошли на второй план.

«Я плохо знаю, как родители жили в войну. Когда я стала что-то понимать, у меня появился всепоглощающий спорт. Естественно, как любой человек в спорте, я была целиком сосредоточена на себе. Вот знаю, что родители познакомились в самом начале войны. А где, не знаю, оправдывая себя тем, что была нелюбопытной. А сейчас понимаю, что была дурой».

Была целиком сосредоточена на себе, а теперь полагает, что была дурой. Нет, не была. Это, пожалуй, одно из важнейших чемпионских качеств — целиком сосредотачиваться на себе. И если бы не «была дурой», то есть больше думала о других, стала бы Роднина великой спортсменкой? Вряд ли. Взять переход от Станислава Жука к Татьяне Тарасовой.

«У Жука я была самой главной спортсменкой. Сначала, да, когда я была молодая, он работал в основном с другими, старшими, но потом, когда старшие закончили выступать или от него ушли, я оказалась в центре его внимания, хотя, конечно, у Жука были и другие спортсмены. Но все равно я всегда находилась в фокусе его внимания. Работая с другими, он все равно смотрел за мной. Но когда он начал совершенно демонстративно работать с другими, меня не замечая, я бесилась. Однажды я у него что-то спрашиваю, а он мне говорит: мол, мне некогда, я сейчас с другими работаю. Я тогда его сознательно сбила с ног на льду. Хоть как-то надо было привлечь к себе внимание. Меня Жук перестал устраивать, когда он слишком много внимания стал уделять другим ученикам».

Большой спортсмен — почти всегда эгоцентрист. И это не упрек, это констатация факта. Вспомните Бьорндалена или Роналду. Даже в командных видах спорта мастер должен сосредотачиваться на себе. Иначе не долго будешь оставаться мастером. А Роднина была лучшей в мире больше десяти лет.

«Я работала с таким озверением, что всех разметывала на льду. Если я тренировалась, то больше никому полноценно рядом заниматься не удавалось. У спортсменов есть такая манера общаться — в бесконечной пикировке. Мы не просто так разговариваем, мы все время находимся в атакующей защите. Я могла осадить любого человека. А когда я решала, что меня прижали, тут весь мой характер восставал. Со мной по-доброму всегда можно договориться, всего, что надо, можно в десять раз больше вытащить. Но как только меня начинают придавливать (и это касается не только спорта, любой ситуации в жизни), я с раннего детства могла устроить такое... Я могу рушить все вокруг, сжигать за собой все мосты, но буду идти по выбранному пути, даже если он неправильный».

И это не фигура речи. Роднина иногда рушила всё вокруг в самом прямом смысле.

Любовь и ненависть во всю мощь

Когда у Родниной появился новый партнер, Александр Зайцев, у нее даже мысли не возникло, что ее лидерство в паре можно оспорить. Даже непосредственно во время выступления.

«Тут я понимаю, что если он сейчас меня в полную силу не выкинет, то во время оборотов я могу локтями ударить его по лицу. Дальше, он меня ловить не будет. Поэтому я на него так заорала, что Зайцев меня подкинул правильно».

И вдруг выяснилось, что Зайцеву это не очень-то нравится. Оказалось, что у него есть свое мнение по любому вопросу. Это же нормально? По Родниной — ненормально. Особенно, когда не вовремя.

«Он в очередной раз начал приводить какие-то дурацкие доводы, и у меня реакция пошла на эту глупость совершенно как у ребенка. Я поняла, что слов уже не хватает, что я разговариваю со стеной. Он меня так достал, что я вскочила и стала его лупить первым, что у меня под рукой оказалось».

И все это происходило на глазах президента федерации. Мягко говоря, и эта дама, и партнер Родниной, были ошарашены. Но что партнер, что начальница! От Родниной доставалось даже Станиславу Жуку. Большие тренеры редко бывают белыми и пушистыми. В фигурном катании, при всем очаровании зрелища, которое видит публика, мягких тренеров нет вовсе. Но Жук выделялся даже на этом общем фоне. Роднину это не останавливало. Тем более, в состоянии стресса.

«У меня осталось жуткое впечатление от выступления. У нас, фигуристов, главное ведь не только выиграть, но и почувствовать, что ты выиграл — по своим собственным ощущениям. Сижу. Жук заглядывает в раздевалку и кричит: "Ириша, поздравляю, вы — первые". А у меня в руках ботинок с коньком. И я в него ботинок запустила, потому что восприняла это сообщение буквально как оскорбление. Он увернулся, поднял конек с пола и пошел ко мне. Я подумала, ну сейчас он меня точно пригвоздит. А он мне сказал: "Деточка, как ты каталась, об этом через год, через два все забудут. Но то, что у тебя медаль, об этом будут помнить очень долго"».

Ну да, конечно. В спорте главное — результат на табло. Вот только он не приходит к холодным рассудительным людям, не та сфера деятельности. Особенно в России. «Рвусь из сил и из всех сухожилий», как пел Высоцкий, и это ведь было не про физиологию, правда? Это про душу. По всё, что в душе, даже про самое светлое.

«Тарасова всегда говорила: главное не влюбляться в своих учеников. И все равно она регулярно в каждого из них влюбляется. Вот Жук точно так же. Впрочем, то же самое происходит и у любого западного тренера. Нельзя отнимать чувства у людей. Только западные все равно влюбляются чуть-чуть не так, как мы. Мы уж если любим, так на всю мощь, если ненавидим, то до битья морды».

Не потому ли Ирину Константиновну признали главным спортивным кумиром нации, что она и была самым успешным воплощением «загадочной русской души»? А за такой успех надо биться насмерть.

Битое стекло и оголтелые дамы

Нравы в фигурном катании самые простые. В том смысле, что для достижения цели все средства хороши. Вот характерный прием такого средства.

«Обычно я коньки надеваю всегда с левой ноги. Это все знали. У меня бзик такой — только с левой ноги. Тут, сама не знаю почему, я начала надевать правый. И когда уже стала натягивать, только тогда поняла, что начала не с той ноги. Я решила его снимать. Поэтому так и не натянула ботинок до конца. Но когда я его подняла, оттуда посыпалось стекло от битой лампочки. Тонкое мелкое стекло. Если бы я, не задумываясь, его натянула, у меня бы вся пятка оказалась в стекле. Кто-то стекло насыпал внутрь».

Вы готовы читать дальше про чудесный мир фигурного катания? Или предпочтете смотреть его с трибуны или по телевизору? Если готовы, то имейте в виду: то были цветочки. Ягодки такие, что не долго и отравиться.

Одной из лучших пар в истории был дуэт Людмилы Белоусовой и Олега Протопопова. Олимпийские чемпионы 1964-го и 1968-го, многократные чемпионы мира и вообще всего на свете. Но вот появилась пара Роднина-Уланов, очевидная угроза для лидеров. Как уже было сказано, в этой борьбе все средства хороши. И в конфликте двух пар обе стороны не стеснялись в выборе средств. Вернее, лидеры пар. То есть, Роднина и Протопопов. Дело было на чемпионате Европы во время тренировки.

«Мы с Лешей набираем скорость, бежим, а именно в том месте, где нам прыгать, стоит Протопопов. Лешка кричит: "Олег Алексеевич!" Докричались, ну и что? Прыгать и их сбивать? Мы, естественно, остановились. Подъезжаем к Жуку, он на нас зыркнул глазами. Мы опять бежим. А Протопопов все там, как стоял, так и стоит. Мы опять не прыгаем. Жук прорычал такое, что нам уже все равно: сбивать Протопопова, не сбивать, нельзя не выполнить задание Жука. Мы в третий раз разбегаемся, начинаем прыгать, а этот гад все равно не уходит!»

Этот гад! С сильной лексикой у Ирины Константиновной полный порядок, она и не такое могла завернуть. И не только словами.

«Ровно через год мы вновь на тренировке разбегаемся для прыжков. Мы опять ему кричим, а он в центре тодесы крутит, будто ничего не слышит. Но нам уже, извините, на это начихать, мы за этот год заматерели. Мы разбегаемся и начинаем прыгать. И когда я прыгаю шпагат, я вижу зубец своего конька рядом с лицом Протопопова. Он отъезжает. Я прыгаю дальше. Протопопов уходит в сторону, а я прямо на него делаю следующий прыжок, то есть я уже иду не параллельно с Улановым, а просто хочу Олега прибить — нельзя же так, есть свои незыблемые правила для международных тренировок. Не говоря уж о таких простых вещах, что следует прилично себя вести».

Претензия Родниной к Протопопову понятна. Но вряд ли намерение «прибить коньком» можно отнести к «приличному поведению». И это тоже — большой спорт. Дух Fair Play, «О, спорт, ты благородство». Увы, это, скажем так, не повсеместное явление. Совсем не повсеместное. И распространяется не только на спортсменов и их тренеров. Стоит повторить, что фигурное катание — это жесткий вид спорта, а не романтичная картинка на экране. Болельщики там — такие же рьяные, как в футболе. И они — тоже проблема для спортсмена.

Роднина и Зайцев обыграли Белоусову и Протопопова в их родном Ленинграде. Ирина получила не только медаль, но и очень ценный урок.

«Сижу, жду, когда автобус будет наполняться, но чувствую, что-то не так. И когда я огляделась, то увидела, как пожилые дамы подпрыгивали и плевали в стекло, около которого я сидела. Оказывается, это были безумные питерские старушки – протопоповские поклонницы, совершенно оголтелые дамы. В тот момент я для себя решила: теперь я буду плевать на вас, а не вы на меня. Я ни у кого ничего не украла, я никому ничего не должна, стыдиться мне нечего — я победила в честной борьбе».

Таков чемпион. Он побеждает не только соперников. Он побеждает всех и вся. Но в первую очередь — себя. И борется с самим собой жестче, чем с кем-либо еще.

Клязьма и Лейк-Плэсид

Однажды Станислав Жук устроил своей группе сбор на Клязьме. Спустя много-много лет Роднина описала тогдашние тренировки с поразительной дотошностью. Такое не забудешь.

«Бег — примерно километр туда и обратно. Потом запрыгивание из низкого приседа на стол, не меньше чем по двадцать раз. Дальше на одной ноге запрыгивание на скамейку, потом опять же на одной ноге надо обскакать пять или десять деревьев, дальше меняли ногу, и все то же самое. Затем отжимание на руках, затем двойные туры (прыжок с двумя оборотами) — двадцать в одну сторону, двадцать в другую. Жук рассчитал нагрузку совершенно четко: на пятиминутную программу. Скорость, силовая работа, бег, технические повороты, сила рук, сила ног. Бедная Надя Горшкова на этот стол никак не могла запрыгнуть, и пару раз она себя довольно сильно по надкостнице, то есть по голени, ударила. Но она прыгала и прыгала, а он стоял рядом с палкой. Она прыгала и плакала. Я на этот стол легко запрыгивала, у меня сил было много. А она еще была не готова к таким нагрузкам. Потом упражнения на пресс с блинами от штанги. Мы друг другу по очереди держим ноги. Надя держит блин на животе. Я ей: Надь, на грудь! Она: так легче. Я держу ее и думаю: господи, я же никогда себе спуску не давала, никогда не думала, как это упражнение можно сделать легче».

И вот это, пожалуй, суть. «Никогда не думала, как сделать легче». Да, таков путь в чемпионы и кумиры. Не заставлять себя превозмогать нагрузку, стресс, боль, страх. Не поддаваться искушению облегчить себе жизнь. А даже не думать о том, что может быть легко. Не может. И не будет.

Сейчас трудно вообразить, что спортсмен завершает карьеру прямо перед Олимпиадой. И если вдруг такое происходит, сразу возникают подозрения. Что-то здесь не так. Или допинг, или еще какая-нибудь мутная история. Так вот, перед своими третьими Играми Ирина Роднина всерьез думала, не бросить ли спорт прямо сейчас. За год до того она родила первенца, беременность была очень тяжелой. Татьяна Тарасова, по мнению Родниной, сосредоточилась на других учениках. Неожиданно выяснилось, что произвольная программа не соответствует правилам. Изменения правил, на взгляд Родниной, прозевали дураки-чиновники. Сил хватало на одну короткую тренировку в день.

И все же они победили. И поднялись на верхнюю ступень. И зазвучал гимн, и поднялся флаг. И по щеке чемпионки потекла слеза. Та самая, знаменитая. Только Роднина знает истинную цену этой одной-единственной слезы.

«Меня много лет постоянно спрашивали, почему я плакала, когда стояла на пьедестале. А я никак не могу объяснить, что я плакала оттого, что наконец все закончилось. Никто не знает, скольких сил — не физических, моральных — мне стоило то "золото". Меня до сих пор спрашивают: чего это я тогда так расчувствовалась? Да, конечно, гордость за страну. Разумеется, сильнейшая нервная разрядка после изнурительной борьбы. Но еще и огромное облегчение от того, что все позади, с фигурным катанием покончено и я наконец свободна».

Вот исчерпывающее описание самого трудного в той ноше, которую несет чемпион, тем более, кумир. Не тяжкий труд, не жуткие травмы, не еще более жуткие нравы — соперников и самого кумира. Ощущение НЕСВОБОДЫ — вот, что труднее всего выдержать даже самому сильному человеку. Несвободы от боли, усталости, ответственности. И главное — от самого себя. Человека, которому больше всех надо, чтобы ты победил. Ирина Роднина больше десяти лет прожила в этой странной несвободе, оставаясь лучшей. Потому она и кумир.

Уродцы и вредители

Наверняка, возник вопрос. Ирина Роднина — хороший человек? Выбросьте этот вопрос из головы. Доя кого-то — лучший на свете друг. Для кого-то — злейший враг. Речь вообще не об этом. И даже не о том, какие поступки — хорошие или плохие — совершала Ирина Константиновна. Всякие, в том числе и очень обидные для самых разных людей. И ее оценки — тоже весьма резки и категоричны.

Валентина Писеева, много лет возглавлявшего Федерацию фигурного катания, Роднина в книге называет «вредителем, который хорошо погрел руки». А рассказывая историю своего соперничества с Леонидом Тягачевым за пост президента Олимпийского комитета России, Ирина Константиновна пишет «запахло жареным, и Тягачев исчез в кремлевских коридорах. Кого и как он уговаривал, мне неизвестно».

Про Тамару Москвину, успешнейшего тренера, Роднина говорит: «Москвина не постановщик. Все, что она ставит сама, как правило, выходит плохо. Точно так же, когда она сама костюмами занимается, — это тоже всегда так себе». Звучит обидно для Тамары Николаевны, верно? Но Роднина тут же добавляет. «Она тренер! Я видела, с каким уважением ее спортсмены к ней относятся. Так не притворяются. Тамара Николаевна — один из немногих тренеров в фигурном катании, с которым ученики остаются».

Небезызвестную немецкую пару давних лет описывает «такая, простите, пара уродцев». Скажете, какая недобрая женщина? Опять-таки, не о том разговор. Для кого добрая, для кого — нет. Но, во всяком случае, искренняя. Даже в ошибках. Она же пишет: «Я могу рушить все вокруг, сжигать за собой все мосты, но буду идти по выбранному пути, даже если он неправильный». И честно предупреждает в предисловии, что «написала честную книгу, поэтому она жесткая».

Этот юбилейный текст не про то, какой хороший человек Ирина Роднина. Об этом пусть судят ее друзья и враги. Это просто рассказ, практически от первого лица, о том, как становятся кумирами. Не теми, которых велено не сотворить себе. А теми, которые творят себя сами. Их мало, гораздо меньше сотворенных другими. Но именно они — и есть настоящие. Во всех смыслах. С юбилеем, Ирина Константиновна! Великая спортсменка и кумир России.

Категория: Некрот в ЛНР | Просмотров: 33 | Добавил: Nekrot
Всего комментариев: 0
avatar